Андрей Мовчан: почему Венесуэла из богатейшей страны превратилась в беднейшую
В январе этого года в своем выступлении на телеканале «Дождь» известный экономист Андрей Мовчан рассказал телезрителям краткую, но весьма познавательную историю современной Венесуэлы, которая вполне может повториться в любой другой стране, живущей почти исключительно на торговле природными ресурсами. В том числе, и в России.
История современной Венесуэлы начинается примерно 30 лет назад, когда страна, добывавшая практически больше всех нефти на земном шаре, оказалась в руках коррумпированного правительства, которое повело страну по пути стагнации, и ВВП страны в пересчете на человека упал примерно в два раза за 15 лет.
«Произошло это в начале 90-х годов. Недовольство населения и военных привело к путчу, который закончился ничем, даже не арестом его организаторов, в числе которых был молодой офицер венесуэльской армии Уго Чавес, мечтавший изменить страну и направить её по пути процветания.
Уго Чавес тогда ещё не определился со своими взглядами. Он высказывал то правые, то левые идеи. Его сторонники были и среди коммунистов, и среди капиталистов, и среди тех промышленников, которые были возмущены коррупцией, и среди простого народа. Тогда у него и появился лозунг, который сейчас очень часто используют в мире:
«Мы здесь власть»
Это было сказано о простом венесуэльском народе, о тех людях, которые должны, собственно, управлять государством, захваченным коррумпированной хунтой, как тогда все говорили в Венесуэле.
Впрочем, всего через шесть лет после этого он придет к власти на выборах президента. Он победит достаточно представительный состав иерархов из существующей криптократии и даже одну даму, которая выигрывала конкурсы красоты в Аргентине и была «Мисс Вселенной» — Ирену Саэс.
Уго Чавес, победил с отрывом всего в 11% от своего основного конкурента, победил с помощью лозунга, который он достаточно подробно освещал перед массами, в деталях раскрывая свой план, основанный на том, что бедность и стагнация, по его мнению, происходили от коррупции в стране, и если украденное направить на социальные выплаты, на помощь гражданам и развитие промышленности, то страна станет великой и прекрасной. «Великой и прекрасной» ― это его слова, слова, которые повторяла толпа вслед за Уго Чавесом.
Итак, в 1998 году он побеждает на выборах и начинает реализовывать свою программу. Начинает он её с того, что проводит конституционное собрание, меняет конституцию. Конституция становится значительно более демократической, действительно появляется настоящее разделение властей, появляется независимый суд, появляются настоящая свобода слова и её гарантии, много других более или менее важных свобод.
Надо сказать, что 88% участников референдума проголосовали за смену конституции. Подавляющее большинство членов конституционного собрания проголосовали за то же самое. Триумф был всенародным. В новую национальную ассамблею, которая пришла на смену старому парламенту, было избрано подавляющее большинство сторонников Чавеса, и это выглядело как невероятный триумф новой развивающейся демократии в стране и невероятный задел на будущее для страны, которая почти 30 лет не могла выбраться из калейдоскопа дворцовых переворотов, когда одна криптократия сменяла другую.
Большинство в национальном собрании начинает принимать законы. Первые законы о перераспределении доходов от монополии госкомпаний в пользу беднейших слоев населения, о дотациях бедным, об инвестициях в национальную медицину и национальное образование. Из других стран завезено около десяти тысяч врачей. Высокооплачиваемые специалисты должны были построить медицинскую систему в Венесуэле, деньги на это выделяются действительно серьезные.
Взята под контроль частично, а потом и полностью крупнейшая нефтегазовая компания Венесуэлы. По поводу контроля над этой компанией мы поговорим чуть позже, поскольку процесс этот был далеко не завершен в начале правления Чавеса, но тем не менее он уже пошел. Достаточно большая часть доходов этой компании уже перенаправляется в пользу неимущих и в пользу социальных программ.
Скорее всего, именно это послужило отправной точкой, потому что через четыре года после прихода к власти Чавеса в стране возникает достаточно серьезное оппозиционное движение, приведшее к путчу. В этом движении принимают участие все те, кого Чавес обидел: это и коррупционеры, и чиновники, и бизнесмены, и та часть армии, которая не пошла за Чавесом. Бизнесмены не понимают искренне, почему они должны платить деньги на социальные программы из своей прибыли, почему налоги на них становятся всё больше. Руководители государственных компаний не понимают, почему они должны быть ограничены в возможностях реинвестировать.
Произошедший путч, правда, продолжается всего 72 часа: Чавеса успевают арестовать, он успевает отречься, новый президент успевает принять присягу. За 72 часа всё заканчивается, основные части армии отбивают и президентский дворец, и самого президента. Всё возвращается на круги своя, но, видимо, эта ситуация так пугает Чавеса, что он решает — с демократией играть долго нельзя.
Очень быстро после этого меняется ситуация с верховным судом. Чавес умудряется провести закон, по которому количество членов верховного суда увеличивается вдвое, и половина его состава достается сторонникам чавеса. Среди судей верховного суда, которые были назначены до этого, идет ротация. Так что очень быстро больше 50% членов верховного суда начинают принимать решения только и исключительно в пользу президента.
В нижестоящих судах также происходит ротация. Через пару лет суд полностью под контролем Чавеса и его партии, что выглядит как прогрессивное изменение, поскольку реформы начинают идти быстрее. Появлятются новые социальные программы, в том числе программа дешевой ипотеки, раздачи жилья неимущим. На эту программу выделены огромные деньги, в основном взятые из PDVSA, из нефтяной компании, в том числе строятся новые предприятия, малые предприятия и кооперативы, которым выделяется государственная помощь. Таких предприятий появляется несколько сотен тысяч по стране в течение нескольких лет.
Ресурсы на это берутся в основном из контролируемых государственных компаний, а когда их начинает не хватать, то увеличивается государственный долг и налоговая нагрузка. Когда-же это приводит к снижению производства, его берут под государственный контроль. Национализируется также телевидение. Каналы, которые протестуют против политики Чавеса, лишаются лицензий.
И поскольку производство берется под контроль, Чавесу приходится брать под контроль и цены в государстве. Как только цены становятся контролируемыми, в государстве начинается дефицит и масштабный реэкспорт. В страну ввозятся товары из-за рубежа и тут же вывозятся в Колумбию, где цены выше.
Тем временем из страны начинают поступать всё менее и менее утешительные экономические данные. Оказывается, что, несмотря на то, что примерно 30% государственных налоговых денег передано муниципальным органам, коррупция в муниципальных органах ещё выше, чем в государственных федеральных органах Венесуэлы. Деньги растрачиваются там ещё сильнее, чем на государственном уровне.
Процент бедных, по венесуэльской статистике, продолжает падать, но процент убийств и других преступлений начинает экспоненциально расти. Нефтяной ВВП, несмотря на рост цен на нефть, продолжает стоять на месте, а инфляция достигает двузначных чисел и двигается к 30% годовых из-за контролируемых цен.
Товарный дефицит становится всеобъемлющим. На вопрос, почему товаров не хватает, частично дает ответ статистика по малым и средним предприятиям и кооперативам. Оказывается, около 50% малых и средних предприятий, которые созданы под программу Чавеса, являются всего лишь пустышками, конторами для отмывания государственных денег, которые выводятся за рубеж или прячутся в наличку.
Программа дешевого жилья срывается — ни в один год она не выполняется больше, чем на 50%. Ипотеку получают в основном мошенники. Мелкие банки, которые созданы под эту ипотеку, всё больше и больше банкротятся. Центральная банковская система тоже начинает не выдерживать подобной ситуации.
Из страны уходят иностранные предприятия ― потом это будет названо бизнес-холокостом. 500 тысяч иностранных предприятий покидают Венесуэлу, в том числе авиа и топливные компании. Иностранцы перестают летать в аэропорты Венесуэлы, а сами венесуэльские компании начинают терять возможность летать из-за не поставок топлива. Страна с наибольшими нефтяным и резервами в мире не в состоянии обеспечить топливом свои самолеты.
К этому времени практически вся промышленность национализирована. И страна начинает осознавать проблему. На выборах губернаторов региональных городов, региональных штатов начинают побеждать оппозиционеры. Но Чавес сажает оппозиционеров в тюрьму, обвиняя их в коррупции, их количество таким образом не растет, а влияние не увеличивается.
Наконец на национальном референдуме, Чавес получает право на бесконечное переизбрание и, естественно, собирается этим правом пользоваться. Он переизбирается президентом через 14 лет после начала своего правления, в 2012 году. Страна уже полностью ввергнута в нищету, в страну закрыт въезд и выезд. Сторонники президента фактически контролируют все поставки, в страну и из нее, активно наживаясь на этом.
Венесуэла разорена полностью, но, несмотря на массовые протесты, и после смерти Чавеса сохраняется его режим, а его преемником становится вице-президент Мадуро. Несмотря на то, что страна 75% своего экспорта тратит на покрытие долга, власть в стране не меняется.
Увы, это некая реальность, которая связана с петрократиями. Власть в этих странах достаточно прочна. Уровень бедности населения может быть запредельным, тем не менее власть будет сохраняться. Массовые протесты могут не мешать этой власти сохраняться. Но самое неприятное, что, наверно, стоит выучить на примере Венесуэлы, это тот факт, что неважно, с какими лозунгами к власти приходит тот или иной лидер. Если этот лидер ― популист, если этот лидер предлагает раздавать, передавать, распределять и делить, он вряд ли сможет провести политику, которая позволит создать что-то, что можно будет распределить и поделить в дальнейшем.
Ну и немного оптимизма напоследок
Недалеко от Венесуэлы находится другая страна. Страна, которая за последние сто лет потеряла половину своей доли ВВП в мире просто потому, что сто лет в ней правили левые правительства. Правительства, которые пытались распределять всё, что ещё осталось. Страна эта называется Аргентина. Примерно в то же время, когда Уго Чавес скончался, в Аргентине пришла к власти новая партия, называемая Cambiemos — «Перемены», правая партия, своим лозунгом выбравшая совершенно другую идею.
Движение Cambiemos пришло к власти в Аргентине под лозунгом «Создавать, а не раздавать». Этот лозунг достаточно новый для Латинской Америки, да и для мировой экономики он сегодня не характерен. Всё больше и больше в мире к власти приходит левое движение. Но тем не менее этот лозунг работает, и есть много примеров других стран, в которых именно такая политика приводила в конечном итоге к росту уровня жизни и более сбалансированной экономике . ..»
Несметные богатства: почему в Венесуэле так много нефти
Почему страна с самыми большими запасами нефти остается одной из самых бедных?
Венесуэла, безусловно, выиграла джекпот. Эта страна контролирует сразу пять умопомрачительно огромных точек запасов нефти: бассейн Маракайбо, бассейн Баринас-Апуре, бассейн Фалькона, формацию Офисина и нефтеносные пески Ориноко. Наибольшее внимание уделяется бассейну Маракайбо, поскольку именно здесь в стране первоначально были обнаружены нефтяные залежи, и он остается центром добычи нефти в Венесуэле.
В основе многих из этих нефтяных месторождений лежит формация Ла-Луна, которая образовывалась в меловой период в морской среде в бескислородных условиях, поэтому она чрезвычайно богата углеводородами (большая часть органического вещества в этих отложениях образовалась за счет водорослей, планктона и бактерий). Однако это не все с чем повезло Венесуэле!
Эти углеводороды способны накапливаться благодаря ряду идеальных геологических условий. Здесь важна исходная порода, резервуар, в котором будет происходить накопление, а также путь миграции. Грубо говоря, в формации Ла-Луна условия идеально подошли для создания и хранения нефти за счет породы этих мест, а также к этим резервуаром с нефтью природа сама подвела доступ!
Увы, в бочке с медом должна быть ложка дегтя. Большая часть нефти в Венесуэле — тяжелая. Она требует дополнительной очистки, поэтому нефтеперерабатывающие компании ценят такую нефть гораздо меньше. Работать с ней очень дорого.
Помимо этого, в Венесуэле до сих пор продолжается кризис. После национализации нефти в 70-х годах цены резко упали, экономика страны начала раскачиваться, поскольку сильно зависела почти только от нефтяной промышленности. С тех пор власти предпринимали множество попыток стабилизации, но до сих пор дела в Венесуэле идут очень плохо.
Венесуэльский тупик. Как богатая нефтью страна стала худшей экономикой мира

Новости из Венесуэлы возвращают россиян в 90-е годы прошлого века. Пустые магазины, огромные очереди практически за любым товаром, «колбасные поезда». Россияне ездили за продуктами в столицу, а венесуэльцы пешком штурмуют границу с соседней Колумбией.

Между тем в середине прошлого века Венесуэла считалась самой перспективной развивающейся экономикой, а по уровню ВВП на душу населения входила в список мировых лидеров и уж точно была лучшей в Латинской Америке. Процветание было обеспечено нефтью: крупнейшие месторождения были обнаружены в начале прошлого столетия. В 1959 году по инициативе Венесуэлы была создана организация стран-экспортёров нефти (ОПЕК), одной из задач которой как раз и было поддержание высоких цен на «чёрное золото». В 70-е годы в результате резкого роста стоимости нефти страна получала сверхдоходы. Однако воспользоваться ими для построения стабильной экономики правительство не смогло (или не захотело), а в 80-х нефтяная сказка закончилась. И у Венесуэлы (равно как и у другого крупного экспортёра — СССР) начались большие проблемы…
На те же грабли
Пытаясь «выплыть», правительство Венесуэлы провело масштабную приватизацию, но она не спасла страну. Резко выросла инфляция, и упал курс национальной валюты. Все 80–90 годы население стремительно беднело. На этом фоне президентские выборы в 1998 году выиграл Уго Чавес. Он обещал побороть бедность, улучшить медицинское обслуживание, образование и пр. Чавесу повезло: нефть с начала нового века вновь пошла в рост, и часть из своих предвыборных обещаний он смог исполнить.
Почему в Венесуэле так много нефти?
Венесуэла обладает крупнейшими доказанными запасами нефти на планете, в основном из-за расположения страны над формацией Ла Луна, формацией меловой эпохи богатой органическими веществами нефтематеринской породы, которая идеально подходит для залежей нефти.
За последние 200 лет человечество выработало общую зависимость — природные ресурсы для производства энергии. В частности, нефть и газ проникли во все аспекты нашей жизни, от транспорта и тяжелой промышленности до производства электроэнергии и производства пластмасс. Не зря нефть часто называют «черным золотом», поскольку этот ограниченный ресурс стал критически важным элементом глобальной экономики и политического маневрирования.
В то время как многие люди думают о Ближнем Востоке как о сердце добычи нефти в мире и, следовательно, о постоянном очаге беспорядков, жаждущих власти, самые большие доказанные запасы нефти на планете на самом деле находятся в Венесуэле!
Почему в Венесуэле так много нефти?
Что касается глобальной лотереи за географическую близость к источникам нефти, Венесуэла, по сути, выиграла главный приз. Венесуэла контролирует пять основных залежей нефти, некоторые из которых невероятно массивны. Это бассейн Маракайбо, бассейн Баринас-Апуре, бассейн Фалькон, формация Официна и пояс нефтеносных песков Ориноко. Бассейн Маракайбо привлекает наибольшее внимание, поскольку именно здесь изначально были обнаружены выходы нефти в стране, и он остается центром добычи нефти в Венесуэле.
В основе многих из этих нефтяных залежей и ценных мест лежит формация Ла-Луна, формация материнской породы мелового периода, которая находится под Венесуэлой и некоторыми частями Колумбии. В случае нефтяной геологии «материнская порода» означает породу, в которой углеводороды сформировались или могут образоваться.
Эта нефтематеринская порода Ла-Луны чрезвычайно богата углеводородами, известка и богата органическими веществами. Большая часть органического вещества в этих отложениях образуется из водорослей, планктона, бактерий и растительного материала. Под экстремальным давлением и на большой глубине эти органические вещества начнут выделять сырую нефть и газ в различных формах.
Эти углеводороды способны накапливаться из-за ряда идеальных геологических условий, в том числе материнская порода, резервуар, ловушка, уплотнение и путь миграции. Материнская порода — это то место, где расположены углеводороды, а коллектор — это слой пористой породы, который может удерживать выбросы углеводородов. Должна быть ловушка, в которой могут скапливаться нефть и газ, а также уплотнение для предотвращения утечки или утечки нефти и газа. Наконец, должен существовать путь миграции, а именно путь, по которому нефть и газ поступают в резервуар.
Все пять из этих факторов присутствуют во многих местах по всей Венесуэле, прежде всего в тех крупных бассейнах, о которых говорилось выше. Эти разные коллекторы могут содержать разные типы газа в зависимости от типа нефтематеринской породы и условий окружающей среды. К примеру, пояс нефтеносных песков Ориноко — это крупнейшее в мире месторождение тяжелой сырой нефти, которое содержит до 1 200 миллиардов баррелей, что примерно соответствует запасам легкой нефти в остальном мире. Однако извлечение тяжелой нефти из нефтеносных песков — дорогостоящий и неэффективный процесс, тогда как добыча нефти в бассейне Маракайбо, где выход нефти находится близко к поверхности, намного проще. Бассейн Маракайбо содержит примерно 15% доказанных запасов нефти Венесуэлы, и около 50% экспорта сырой нефти из этой страны приходится на этот бассейн.
В целом Венесуэла имеет потенциал стать мировой нефтяной электростанцией с более чем 303 миллиардами баррелей доказанных запасов нефти, в то время как извлекаемые баррели нефтяного пояса Ориноко оцениваются еще в 500 миллиардов баррелей. Сравните это с Саудовской Аравией, у которой примерно 270 миллиардов баррелей доказанных запасов нефти, а также примерно 90 миллиардов баррелей из еще не открытых резервуаров. Другими словами, Общие запасы нефти Венесуэлы, как доказанные, так и недоказанные, более чем вдвое превышают запасы Саудовской Аравии!
Почему Венесуэла не более богатая?
В нашем современном капиталистическом мире естественно ассоциировать богатство нефтью с фактически богатые, но Венесуэла в настоящее время переживает экономический кризис и претерпела радикальные и бурные изменения за последние 50 лет, несмотря на этот огромный пул богатства прямо у них под ногами. Это не кажется возможным, но именно это и произошло.
Национализация венесуэльской нефтяной промышленности
Чтобы правильно понять парадокс Венесуэлы, потребуется немного истории. В начале 1960-х Венесуэла переживала период большого процветания, взбалтывая примерно 10% мирового экспорта сырой нефти и принося миллиарды долларов для создания растущей экономики. Эта тенденция длилась более десяти лет, и Венесуэла считалась символом стабильности и успеха в Южной Америке. Однако в 1976 году вся нефтяная промышленность страны была национализирована в попытке предотвратить иностранное влияние и полностью контролировать судьбу Венесуэлы, полностью контролируя ее самый ценный ресурс.
Венесуэльский кризис
Когда в 1980-х годах цены на нефть резко упали, экономика Венесуэлы начала пошатнуться, поскольку она сильно зависела от нефтяной промышленности. В попытке восстановить стабилизацию экономики иностранные компании снова были приглашены в Венесуэлу для добычи тяжелой сырой нефти из нефтяного пояса Ориноко. Десять лет спустя, когда цены на нефть снова упали, к власти пришел Уго Чавес, пообещав взять страну под контроль и вернуть ее в нужное русло. Один из способов, которыми пресловутый властитель добился этого, заключался в том, чтобы избавиться от потенциальных конкурентов или бизнес-лидеров, включая тех, кто руководит государственной нефтяной промышленностью, и поставить на их место политических назначенцев.
Одна из стратегий, реализованных Чавесом, заключалась в использовании доходов от нефтяной промышленности страны для финансирования масштабных социальных программ и инициатив, которые он проводил. Эта стратегия также использовалась для запуска других отраслей в стране, многие из которых игнорировались и фактически потерпели неудачу, например, производство, сельское хозяйство и т. Д. К середине 2000-х годов цены на нефть во всем мире росли, достигнув пика примерно в 150 долларов. / баррель, а Венесуэла приносила достаточно доходов, чтобы покрыть ошибки и расходы Чавеса. На протяжении многих лет его стратегия социального стимулирования продолжала терпеть неудачу, и к 2014 году около 95% экономики Венесуэлы зависело от нефти. Когда в 2014 году цены снова упали до 30 долларов за баррель, что составляет менее половины заложенной в бюджет стоимости каждого барреля, страна погрузилась в ужасную рецессию.
Некоторые из решений и стратегий, которые использовались на протяжении многих лет для удержания компании на плаву, в конечном итоге похоронили страну в долгах. Они продавали нефть в убыток, чтобы оставаться в определенной степени конкурентоспособными, брали огромные кредиты у Китая и России и видят, что их способность производить нефть продолжает падать. В 2018 году добыча в Венесуэле упала до 1,2 миллиона баррелей в день, что составляет чуть более одной трети того, что производилось до того, как Чавес завладел нефтяной промышленностью Венесуэлы.
Будущее венесуэльской нефти неопределенно, но потребуется сильное иностранное влияние и инфраструктура, чтобы вернуть ей какой-либо оттенок былой славы. Хотя идея государственной нефтяной промышленности, независимой от иностранного влияния, зародилась как средство управления судьбой страны, в конечном итоге она стала инструментом ее падения.
Последнее слово
Венесуэла имеет более чем вдвое больше запасов нефти, чем любая другая страна в мире, благодаря ее выгодному расположению над массивными меловыми месторождениями богатой углеводородами породы. Ирония этой истории, конечно, заключается в том, что добывать нефть не так просто и дешево (как в других частях света). Поэтому, несмотря на изобилие богатств, Венесуэла изо всех сил пытается процветать в качестве нефтяной державы на мировой арене и в настоящее время изо всех сил пытается удержаться в качестве стабильной страны. Иметь масло — это здорово, но умение извлекать, использовать и использовать это масло — истинный ключ к успеху!